Легенд о том, что колыбель виноделия – восточное Средиземноморье, Месопотамия, Малая Азия или Персия, множество, и все они правдоподобны. Действительно, во всех этих регионах виноград растет хорошо; наверняка так было всегда. А если конкретнее – то тысячелетиями, потому что населявшие их народы вели записи, которые сейчас обнаруживают археологи и историки.
А американский континент? Есть две скандинавские саги XII и
XIII вв., в которых говорится, что Лейф Эрикссон основал колонию Винланд
(Vinland, «Wine Land», «Земля лозы») на северо-востоке Америки, назвав ее так
из-за обильно росшего здесь винограда. Были ли эти кусты увешаны гроздями, и
делали ли из них вино? Если так, то индейские племена наверняка открыли винное
брожение за много веков, если не тысячелетий, до того, как это сделали в
Месопотамии. Есть свидетельства того, что сброженный виноградный сок приносили в
жертву богам коренные американские племена сенека и каюга. Когда это было? Не
исключено, что со времен расцвета дворов Каира и Багдада.
Когда в Америку во всеоружии прибыли европейцы (XVI–XVII вв.), они начали
вести записи, и весьма интенсивно. В этих свидетельствах запечатлена неуклонная
решимость заложить виноградники и винодельни почти во всех штатах. То
обстоятельство, что американские вина не пробились в высшую лигу до самых 1970-х
гг., говорит о долгой череде препятствий со стороны природы и людей, которые
виноделам приходилось преодолевать.
На восточном побережье работу поколений виноделов, пытавшихся производить
вина европейского стиля из европейских же сортов винограда, губило сочетание
трудного климата с набегами филлоксеры. В центре и на юге климатические условия
одолели всех, кроме самых стойких первопроходцев. Более радужному началу работы
с европейскими сортами на западном побережье бесцеремонно положило конец
нашествие с востока той же филлоксеры.
В довершение всего на страну легла тень Сухого закона. С 1919 по 1933 г.
алкоголь в Соединенных Штатах считался нелегальным наркотиком. Люди пили
по-прежнему – может быть, даже больше, – но представление о вине как благородном
возвышающем напитке было отправлено на свалку. К моменту отмены сухого закона
подоспела Великая депрессия, и было не до радостей жизни; а потом мировая война,
надо было воевать. К 1950-м гг. в Америке выросло два поколения, знающих вино
только как сладкий крепленый напиток, который потребляют не ради вкуса, а ради
воздействия.
И только в конце 1960-х гг. картина начала меняться. Роберт Мондави
основал в долине Напа винодельню, заполнив фактически вакуум качественных вин.
За 1970–1980-е гг. виноделие проникло во все углы Калифорнии и тихоокеанского
Северо-запада. В 1980–1990-х гг. трудный климат победили наконец штаты
юго-западного и восточного побережья. А в 1990-х гг. канадцы Онтарио и
Британской Колумбии попрали свои традиции посредственного виноделия и начали
претендовать на звание производителя всего самого-самого нового, что только
можно придумать в Новом Свете, – с потрясающими результатами.
АВТОХОННЫЕ АМЕРИКАНСКИЕ ЛОЗЫ
Еще в XVII–XVIII вв. любой европеец, проезжавший по восточному побережью,
писал о лозе, пышно росшей от Новой Англии до самой Флориды. Но попытки сделать
из этого винограда приличное вино не удавались, во многом потому, что из ягод
преобладающего вида Vitis labrusca просто нельзя извлечь приятный вкус.
Поколение за поколением колонисты привозили из Европы Vitis vinifera разных
сортов – тоже без малейшего успеха.
Самыми очевидными причинами неудач были очень холодные зимы и жаркие,
влажные летние месяцы, которые либо губили лозу, либо обеспечивали безупречные
условия для развития грибковых заболеваний. Но была и другая опасность –
крохотное насекомое филлоксера, уроженка северо-востока Америки. Филлоксера
могла сожрать корни стойкой Vitis labrusca, не ослабляя самой лозы, но Vitis
vinifera не имела к паразиту никакого иммунитета, и за несколько лет любой
виноградник погибал.
