Вообразите два бокала вина. В одном Vinho Verde, почти бесцветное, с
несколькими ленивыми пузырьками, прилипшими к стенкам сосуда. Оно отдает
цитрусом и проходится по зубам своим кислотным наждаком. В другом – портвейн
(Port) непроницаемо темного цвета. Струится пьянящий аромат сверхспелых фруктов,
богатый букет согревает и умиротворяет, вызывая в памяти видение зимнего вечера
у домашнего камина. Трудно поверить, что оба вина, отличающиеся по крепости как
минимум на 10°, рождаются в одной стране; про соседние области речи вообще не
идет, а ведь винью вердиш и портвейн живут практически рядом на севере
Португалии. И не то чтобы там были такие уж громадные пространства: эти вина
соседствуют в крае протяженностью чуть более 160 км. Едешь себе на машине,
поворачиваешь – и попадаешь из одного винодельческого региона в другой, вот и
все дела.
В этом прелесть Португалии. В такой маленькой стране довольно сильно
ощущается местный колорит, и ведущую роль в этом играет климат. Атлантический
океан своими преобладающими западными бризами сильно действует на береговой
пояс, но по мере продвижения в глубь страны влияние быстро уменьшается. По
другую сторону горного хребта серые дождевые тучи, несшиеся с моря, вдруг
куда-то исчезают. Климатическая статистика вдоль воображаемой прямой линии,
пересекающей север страны, иллюстрирует эти резкие перемены. Атлантическое
побережье севернее Порто (Porto) заливают 1200 мм осадков в год. В горах чуть
восточнее их уже до 2000 мм, что сравнимо с Бергеном на изрезанном фьордами
побережье Норвегии. Затем, еще восточнее, в «дождевой тени» гор, этот показатель
уменьшается, и близ испанской границы доходит до 400 мм – по любым меркам,
весьма засушливые условия. Между этими крайностями лежит центральная долина Дору
(Douro) с 700 мм осадков – идеальный климат для вызревания винограда, из
которого делают портвейн, самое знаменитое вино страны.
Когда пересекаешь Португалию, ландшафт, архитектура и традиции тоже резко
меняются. Горы то взлетают вверх, то вообще исчезают, а умеренный морской климат
и пышная растительность по мере продвижения к югу и востоку уступают место более
резким перепадам температур и сухому кустарнику. Крепкие дома из серого гранита
(чтобы устояли под ветром и дождем) сменяются жилищами более хрупкими,
выкрашенными в белый цвет для отражения жгучего солнца.
Это региональное своеобразие
отражено и в винах Португалии. Два крепленых напитка, портвейн и мадера
(Madeira), известны всему свету. Другие, например сетубал (Setúbal) и каркавелуш
(Carcavelos), популярные в XIX в., фактически погибли под коммерческим нажимом
XX в. Кроме легкого, колючего винью вердиш север страны выпускает также красные
(репутация у них, впрочем, разная). У лучших красных Дору пышная, душистая,
мягко-текстурная глубина; Байрада (Bairrada) требует более строгой реакции на
свои агрессивные, но внушительные вина; Дан (Dão) сегодня вновь показывает, почему его так любили несколько
поколений назад. Современные методы виноделия обеспечивают производство все
более привлекательных и свежих белых. В центре и на юге все решает зрелость, и
тамошний отличный красный виноград, которому позавидовал бы любой француз,
превращается в вина, полные зрелых фруктово-ягодных ароматов. Именно здесь более
всего проявляется перспективность Португалии, и сюда направлено внимание
нескольких международных винопроизводителей.
Но с традициями, часто коренящимися глубоко в сельской культуре, люди
расстаются неохотно. Нигде это не проявляется отчетливее, чем на довольно
беспорядочных виноградниках Португалии. Раньше один и тот же сорт винограда
именовался четырьмя или пятью разными названиями, в зависимости от того, где он
рос. Португальские власти (подталкиваемые Евросоюзом) собрали лучшие умы и
приняли для каждого сорта главное название. Например, Каштелан Франсеш (Castelão
Francês), раньше называвшийся то Жуан-де-Сантаремом (João de Santarem), то
Перикитой (Periquita), теперь просто Каштелан. На мелких фермерах эти строгости
вряд ли отразятся, потому что многие понятия не имеют, что за виноград
выращивают. А вот для более крупных виноградарей это может создать сложности:
большинство из них теперь пересаживает свои виноградники.
Следуя примеру других стран, португальцы ступили на путь производства
сортовых вин. Названия таких сортов, как темно окрашенный, душистый Торига
Насиональ (Touriga Nacional), традиционно разводившийся на Дору и Дане, теперь
красуются на винных этикетках по всей стране. Тинта Рориш (Tinta Roriz,
по-прежнему пользующийся псевдонимом Арагонеш – Aragonez, а за пределами
Португалии больше известный под своим испанским именем Темпранильо), Тринкадейра
(Trincadeira), Тинто Кан (Tinto Cão), Каштелан – все эти названия миру ничего не
говорят. Но Португалия уже поняла: из этих сортов можно делать вина мирового
класса.
Выходят на авансцену, пусть и не так значимо, и некоторые исконные белые
сорта. В Винью Вердиш входит триумвират Альваринью, Лоурейру и Тражадуры
(Alvarinho, Loureiro и Trajadura), и из каждого теперь делают и сортовые вина.
Есть еще Бикал (Bical), Феран Пиреш (Fernão Pires) и, в северной Португалии,
Аринту (Arinto) – сорт, который цепляется за свою хрусткую кислотность, несмотря
на теплое солнце. Белое ли, красное, а будущее у Португалии ясное.
Португальцы начали приводить в порядок свои хаотичные виноградники только
в середине 1980-х гг., после вступления страны в ЕС. С тех пор многое
изменилось. Солидные дороги, прорезая горы, соединили области в глубине
полуострова с прибрежными центрами, где живет большинство населения. Теперь
между новыми винодельнями с емкостями для брожения из нержавеющей стали в таких
районах, как Дан и Дору, и городом Порто можно ездить, как на работу; раньше
такое путешествие занимало полдня.
